1001011.ru
Горячие Категории
» » Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

Найди партнёра для секса в своем городе!

Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д
Рекомендуем Посмотреть
От: Zolorr
Категория: Анал
Добавлено: 21.09.2019
Просмотров: 9919
Поделиться:
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

Порно Русская Зрелая Оргазм

Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

Дерзко пялит в номере зрелую шалаву

Гигантские Члены #25 / Monsters Of Cock #25 (2010) DVDRip

Молодые русские геи жестко ебутся в анал и сосут члены патнера

Когда ты прочитаешь сценарий и посмотришь отснятый материал, ты согласишься со мной. Я не стану сопротивляться. Кое-какие статьи попадались ему на глаза, но он решил не подавать виду. К тому же финансовых отчетов он не видел. Хоть это было правдой. А потом пусть он узнает. Съемки начинаются не раньше половины двенадцатого, мы будем делать наше черное дело по утрам.

Ты способен вставать рано? Неужели государственные чиновники встают нынче рано? Господи, ну и жизнь у тебя. Скажи им, в следующем году я из чувства благодарности заплачу лишнюю сотню тысяч лир подоходного налога. Тяжба, которую Делани вел с департаментом налогов, широко освещалась прессой; кто-то из журналистов вычислил, что если Делани будет впредь всю свою заработную плату отдавать в счет погашения долга, то к девяностолетию он все равно останется должен казне двести тысяч долларов.

Как ты думаешь, когда планета расколется пополам, документы с цифрами доходов погибнут? Он не захотел терять надежного партнера и предложил мне эту работу. Наверняка он о тебе уже кое-что знал. Водитель повернул голову, сверкнув широкой, счастливой, белозубой улыбкой; только его темные глаза остались печальными. Но, как всякий итальянец, восприимчив к интонации.

Сколько у тебя детей? Он состоял сейчас в четвертом браке; третья жена Делани стреляла в него на улице из охотничьего ружья. Если я когда-нибудь его закончу.

Джек дотронулся до лежащей на сиденье розовой папки. Средиземноморская страсть, сдобренная англо-саксонским чувством вины. Сюжеты с каждым днем становятся все более избитыми. Это было в Калифорнии. Кардиолог сказал, что мне осталось жить шесть месяцев. Не так уж это и мало — жить, да еще в Риме. Ты бывал здесь прежде? Прошлое кануло в Лету. Ты успеешь принять душ, смыть с лица дорожную пыль.

Встретимся в баре через час. Водитель уже извлек из багажника вещи Джека; швейцар понес их к гостиничному подъезду. Джек помахал рукой Делани, повернулся и зашагал вверх по ступеням. Из вращающейся двери вышли две женщины и мужчина. Они преградили путь Джеку, и он остановился. Женщины держали своего спутника под руки, словно он был болен; более рослая из них обхватила рукой его талию. Поравнявшись с Джеком, мужчина внезапно вырвался и, покачиваясь из стороны в сторону, шагнул к нему.

На лице незнакомца блуждала улыбка, волосы его были растрепаны, глаза, смотревшие на Джека, налились кровью. Замахнувшись, мужчина ударил Джека по носу. Джек отлетел назад, глаза его увлажнились.

Колонна, оказавшаяся за спиной у Джека, не дала ему упасть. Он тряхнул головой, пытаясь вернуть четкость окружающим его предметам, собрался, стиснул кулаки и шагнул к ударившему его человеку. Но было уже поздно. Мужчина опустился на колени; вяло взмахивая руками, точно, дирижер перед оркестром, исполняющим медленный вальс, он глупо улыбался Джеку.

Джек застыл над человеком, касаясь его носком ботинка и ожидая, когда хулиган встанет и его можно будет ударить. Женщины засуетились вокруг своего спутника; просунув руки ему под мышки, они безуспешно пытались поставить его на ноги.

Все трое были явно американцами, женщины, похоже, уже разменяли пятый десяток; коренастому мужчине в измятом костюме было лет тридцать пять. Мужчина, устроившийся на ступенях, посмотрел на Джека; голова его покачивалась, на губах играла хитрая самодовольная улыбка. Женщинам удалось поставить человека на ноги; они принялись поправлять его костюм, что-то нашептывать ему, успокаивать Джека и швейцара; они заслонили собой пьяного, не подпуская к нему Джека. Женщина вытащила из кармана платок и дала его Джеку.

Он приложил платок к носу. Вторая дама оттолкнула пьяного в сторону, подальше от Джека, пробормотав: Джек почувствовал, что тонкий надушенный платок быстро намокает. Проникающий в ноздри сквозь кровь аромат позался ему знакомым; он озадаченно, неуверенно принюхался этому запаху. Под portico [5] въехало такси, из него вышла пара; пока мужчина расплачивался с водителем, женщина с любопытством уставилась сначала на Джека, затем на пьяного и его спутниц.

Ее осуждающий, холодный взгляд вызвал у Джека желание объяснить им, что тут произошло. Женщина в шляпе снова порылась в сумочке, ни на секунду не закрывая рта. На нас уже смотрят. Она протянула швейцару тысячелировую купюру. Люди, заходившие в отель, поглядывали на них. Только прежде извинись перед джентльменом. Продемонстрировав недюжинную силу, она впихнула Сэнфорда в автомобиль и захлопнула за собой дверцу. Команда попрыгала в шлюпки. Вы видели выражение его лица, когда я ему вмазал?

Из открытых окон такси донесся женский смех — звонкий, пронзительный, безудержный; он заглушил рев мотора и шуршание шин. Заботливо поддерживая Джека за локоть, словно боясь, что он упадет, швейцар подвел его к входной двери. Я очень сожалею о происшедшем, сэр. Швейцар, радуясь тому, что репутация его соотечественников не пострадала, церемонно поклонился Джеку. Он толкнул дверь; Джек, прижав окровавленный платок к носу и вдыхая аромат духов, вошел в вестибюль. Подходя к стойке, он узнал этот запах.

Его жена пользовалась такими же духами. Когда Джек назвал портье свою фамилию и протянул ему паспорт, служащий отеля приветливо улыбнулся. Кровь еще шла, поэтому Джек ехал в лифте, прижав к носу платок. Он уткнулся взглядом в спину носильщика, делая вид, будто не замечает двух молодых женщин, находившихся в кабине; они шептались на испанском, с любопытством поглядывая на Джека. Он так давно не покидал Парижа, что уже забыл, как замечательно оказаться одному в гостиничном номере.

Дав носильщику чаевые и письмо к сыну, он осмотрел спальню и просторную, отделанную мрамором ванную с двумя раковинами. Один умывальник для меня, подумал он, второй для кого-то еще. Взглянув на себя в зеркало, он заметил, что нос начал распухать. Джек слегка надавил на него. Брызнувшая кровь заалела на белой раковине. Затолкав в ноздри туалетную бумагу, Джек вызвал горничную и официанта. Вытащил из чемодана бутылку виски, костюм, халат. Реклама утверждала, что в этом американском чемодане можно, не помяв, разместить три костюма, так что необходимость гладить их после путешествия отпадает.

Однако на самом деле извлеченный Джеком из чемодана костюм выглядел так, словно его только что жевала корова. Джек скорчил гримасу, вспомнив, сколько он заплатил за чемодан.

Джек не мог оставаться в костюме, забрызганном кровью. Увидев его на мистере Эндрусе, любой полицейский мог заподозрить Джека и совершении убийства. Молодой франтовый официант, которого, несомненно, ждала блестящая карьера, появился в сопровождении горничной — седой сгарушки с виноватой беззубой улыбкой на лице; ее измученный вид говорил о бедности, частых родах, лишениях, вдовстве, мелких кражах.

Джек попросил официанта принести лед и отдал горничной измятый костюм, а также запачканный кровью пиджак, чтобы она привела одежду в порядок. Осмотрев пиджак, висевший у нее на руке, горничная коснулась пальцем одного из влажных коричневых пятен. Она вопросительно взглянула на Джека. Горничная затрясла седыми кудряшками, стыдясь своей несообразительности, словно в роскошные отели гости всегда прибывали в костюмах, забрызганных кровью.

Она исчезла за дверью вслед за официантом. Ожидая, когда молодой человек вернется со льдом, Джек принялся разбирать вещи. Он разместил остальные костюмы в шкафу, надеясь, что к завтрашнему утру они отвисятся. Поставил на туалетный столик в спальне обтянутую кожей рамку с фотографией жены и детей. Эндрус увидел лишь соседний дом, отделенный от гостиницы переулком; здание, умытое дождем, серело на фоне вечернего неба, в его окнах отражалось неоновое многоцветье римской рекламы.

Откуда-то снизу доносился громкий, ритмичный рок-н-ролл. Прохладный воздух был еще насыщен влагой; безликие контуры зданий, неоновые огни, резкие, дисгармоничные звуки музыки казались приметами любого современного города, принадлежавшего веку Америки. Вид, открывающийся с балкона, ничем не напоминал о временах, когда Цезарь правил здесь народом, Микеланджело спорил с папой, а короли короновались в двух милях от этого места.

Замерзший Джек вернулся в комнату, укрывшись за высокой стеклянной дверью от пронзительных звуков радио. Он заметил лежащую на туалетном столике скомканную купюру достоинством в десять тысяч лир, которую ему навязала та женщина.

Он улыбнулся, подумав о том, что ему доводилось проливать кровь за меньшую сумму. Джек разгладил ассигнацию и положил ее в бумажник, но не в отделение для денег, а рядом с правами. Когда официант принес лед, Джек налил себе виски, разбавив его водой. Он снял туфли, сел на край кровати и стал потягивать жидкость; путешествие утомило Джека, припухший нос слегка ныл. Сидя так с опущенными веками, чувствуя вкус крови, Джек увидел перед глазами другую, медленно кристаллизующуюся, картину — призрачное воспоминание о далеком детстве.

Тогда он сидел на деревянной скамье, и кровь стояла в горле. Джек полностью закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и видение стало более ясным. Весенний день, влажная трава пахнет свежестью. Ему десять лет, он находится на школьном бейсбольном поле; отскочивший от земли мяч угодил ему в переносицу.

Кровотечение длилось три часа, пока домой не пришел отец, который приложил лед к затылку мальчика и заставил его лечь на кровать так, чтобы запрокинутая голова свисала с ее края. О нем забывать нельзя. Вспоминая, Джек улыбнулся; он почувствовал себя лучше. Благодаря вкусу крови, вернувшему его в детство, он словно сбросил несколько лет. Джек поставил на столик недопитое виски, взял из ведерка кусок льда и, прижав его к основанию черепа, лег на спину. Он был рад тому, что отец предстал перед его глазами молодым человеком.

Джек начал погружаться в дремоту, не замечая холодных капель, катившихся за воротник. Придя в бар, Джек не нашел там Делани. Он успел принять душ, тщательно причесать влажные волосы, надеть отутюженный костюм. Нос его оставался немного припухшим, но кровотечение прекратилось. Душ взбодрил Джека, помог прогнать сонливость, зарядил энергией.

В баре было много солидных американцев среднего возраста; они заслужили свои коктейли долгим стоянием перед статуями и алтарями, походами к развалинам и триумфальным аркам, хлопотами, предшествующими аудиенции у папы. Все места у стойки были заняты; чтобы получить мартини, Джеку пришлось протиснуться между сидевшими там мужчиной и женщиной. Все евреи понимают немецкую речь. Черное платье с глубоким вырезом спереди плотно облегало ее пышную фигуру; у женщины было хитрое порочное лицо и крупные красноватые руки крестьянки.

Джек, за последние несколько лет заходивший в этот бар три-четыре раза, уже видел ее здесь; угадать профессию женщины не составляло труда. Заведение было приличным, и поэтому немка сама не приставала к мужчинам, но у нее, несомненно, была договоренность с хозяином бара. Немцы, подумал Джек, с отвращением поглядев на женщину, готовы удовлетворять любые запросы послевоенной Европы.

Парижские шлюхи хотя бы не выглядят такими самодовольными. Он повернулся спиной к паре, сидевшей у стойки; держа бокал в руке, обвел взглядом комнату. Компания стоявших возле Джека молодых итальянцев загораживала от него ближний угол зала; великолепно постриженные, в галстуках нежных тонов, повязанных вокруг ослепительно белых воротничков, они оживленно беседовали; красивые, полные жизненных сил, готовые к любви, преступлению, путешествиям, юноши оценивающе разглядывали каждую входившую в бар женщину.

Джек позавидовал их красоте, уверенности, молодости, но прежде всего — их непосредственности. Как большинство американцев, Джек всегда скрывал свои эмоции, и эта недостижимая итальянская раскрепощенность, нескрываемое жизнелюбие и бесстыдная доступность вызывали у него сознание собственной неопытности и глупой невинности. Джек сделал шаг в сторону, чтобы осмотреть весь бар. Он пригляделся к лицам посетителей и понял, что он ищет ударившего его мужчину, а также женщин, сопровождавших пьяного.

Их в баре не было. Недовольный собой, пожал плечами. Допив коктейль, он собрался заказать новую порцию, но тут заметил вошедшего в зал Делани; Морис был в том же пальто, что и прежде, из его кармана торчала кепка.

Мягкие светлые волосы Делани падали на лицо, черты которого выдавали тяжелый, властный характер режиссера. Терпеть не могу эту дыру. Здесь собираются одни паразиты. Он с неприязнью посмотрел на группу итальянцев, на шлюху-немку, на измученных экскурсиями американцев. Я здесь уже пять месяцев, а меня никто еще не стукнул.

Они всегда несутся так, словно спешат забрать свои деньги из банка, который вот-вот разорится. Как-то раз я спросил одного француза, почему они всегда мчатся так быстро. Он замурлыкал себе под нос, загадочно улыбаясь. Это была какая-то известная старая песенка, но Делани так безбожно искажал мотив, что Джек не узнавал ее; однако он чувствовал, что она ему знакома и что Делани вспомнил о ней неспроста. В списке актеров, приведенном на плакате, первым значился Джеймс Роял.

У входа висела увеличенная фотография Джека, сделанная лет двадцать назад, еще до ранения и связанного с ним утолщения челюсти. Джек уже не помнил себя таким красивым. Теперь Джек догадался, что за мелодию напевал Делани в машине. Он познакомился с Деспьером лет десять — двадцать тому назад; когда Деспьер возвращался в Париж из своих странствий, они всегда играли в теннис.

Джек знал, что присутствие Деспьера в Риме сделает эти две недели гораздо более приятными. Когда в м Джек впервые приехал в Рим, Деспьер повез его вечером на фиакре смотреть залитый лунным светом Колизей в обществе двух хорошеньких девятнадцатилетних американок; журналист заявил, что каждый человек в свой первый римский вечер должен посмотреть залитый лунным светом Колизей в обществе двух хорошеньких девятнадцатилетних американок.

Они сели недалеко от экрана, поскольку Делани страдал близорукостью. Морис надел очки с толстыми стеклами в металлической оправе, которые он, будучи тщеславен, носил лишь в случае крайней необходимости. За кадром звучал возбужденный итальянский голос, киножурнал представлял обычную смесь из стихийных бедствий, демонстраций, выступлений политических деятелей — раненые арабы, окруженные в Алжире французскими войсками, уступили место волнениям в Северной Италии, английская королева наносила кому-то визит, люди в форме осматривали обломки потерпевшего крушение самолета.

Пока шла хроника, Делани недовольно фыркал. Во рту у него находилась жевательная резинка; по громкости чавканья Джек мог судить о степени отвращения, которое вызывали у Мориса мелькавшие на экране люди и события. Попробовали бы так поступить в Карнеги-Холл. Показали бы человека, висящего на дыбе, затем предоставили бы слово сенатору с Миссисипи, озабоченному загрязнением прибрежных вод, а потом начали бы исполнять Седьмую симфонию. А в кинотеатре все можно…. Зазвучали фанфары, и на экране появилось название фильма.

Увидев свой актерский псевдоним, Джек испытал тщеславное, горделивое чувство, которое охватывало его в молодости, когда он замечал где-либо это пустое, лживое, широко разрекламированное имя, почти забытое им с той поры, когда оно светилось неоном над кинотеатрами во многих городах Америки. Псевдоним был придуман хозяином голливудской студии; сначала Джек играл на театральной сцене под своим настоящим именем. Не обижайтесь, но это звучит не по-американски.

Мы — эксперты в таких делах, мистер Эндрус, положитесь на нас. Он был молод и беден; предвкушение славы волновало его, к тому же этот человек мог помочь Джеку разбогатеть. Утром следующего дня, в десять часов пятнадцать минут,. Джек превратился в Джеймса Рояла. Псевдоним не понравился ему своей безликостью, Джек так и не привык к нему, но Катцер сдержал свое обещание. Псевдоним Джека вспыхнул неоном во всех крупных городах, появился на рекламных щитах, установленных на важнейших автомагистралях страны.

Не обманул Катцер и насчет денег. За несколько лет Джек заработал такую сумму, о которой прежде и не мечтал. Он не менял свою фамилию официально, и, вступая в армию добровольцем, Джек с облегчением назвал себя Джоном Эндрусом, испытывая при этом такое чувство, словно он возвращался к себе домой.

Перед глазами Джека поплыли полузабытые имена актеров, а также членов съемочной группы: Кто-то из них уже умер, другие обрели известность, третьи остались в тени. Присутствовала в этом списке и бывшая жена Джека. Если бы Джек находился здесь один, он непременно поднялся бы и покинул кинозал, но, бросив взгляд на развалившегося в соседнем кресле Делани, который равнодушно смотрел на экран сквозь свои очки, громко чавкая жевательной резинкой, Джек подумал: Это была история юноши, влюбившегося в зрелую женщину, хозяйку книжного магазина.

За мучительным расставакием героев следует стандартный финал: Банальность сюжета не повлияла на восприятие Джека. Картина захватила его не потому, что он увидел на экране самого себя в возрасте двадцати двух лет паренек этот казался Джеку таким же далеким и незнакомым, как и другие занятые в фильме актеры , и не потому, что он вновь увидел одетую в наряды ушедшей эпохи красивую женщину, свою бывшую жену, которую он сначала любил, потом ненавидел, но благодаря изяществу, точности, достоверности, вносимых Делани в каждую, даже глупейшую, сцену, будь то тонкий, идеально выверенный эпизод свидания или мелодраматичные, сентиментальные сцены, которыми режиссер отдавал дань требованиям кинорынка.

Динамичное действие захватывало зрителя, он становился соучастником событий: Глядя на себя, Джек поражался тому, как хорошо он играет.

Он был немного староват для этой роли его герою исполнилось девятнадцать лет, он только что закончил школу , но ему удалось воссоздать сложный, мучительный процесс превращения юноши в молодого человека.

Он был смешон и жалок, когда это требовалось по сценарию, казалось, постоянно заглядывал внутрь себя и одновременно бежал от себя, создавая точный, живой образ. Джек даже удивился, увидев, что тогда ему удалось подняться до такого уровня. Потом он столь же удачно сыграл у Делани еще две роли, но работу над ними вытеснило из памяти гораздо менее плодотворное сотрудничество с другими режиссерами.

К началу кульминационного эпизода, когда юноша появлялся из вечерней мглы на перроне вокзала, мрачном и малолюдном из-за непрекращающегося дождя, чтобы посадить на поезд любимую женщину, навсегда уходящую из его жизни, Джек уже забыл о том, что он находится в чужом городе, на расстоянии пяти тысяч миль и двадцати лет жизни от погребенной в его сознании девственной Америки провинциальных вокзалов, гудков, звучащих над распаханными вокруг ферм полями, столовых с освещенными окнами, темнокожих носильщиков, потрепанных такси, водители которых, покуривая в темноте сигареты, низкими, хриплыми голосами треплются о бейсболе, женщинах и тяготах депрессии.

Попав в плен грустной истории, которая воспроизводилась на экране с исцарапанной старой ленты, дававшей ненадежный звук, Джек следил за любовниками, медленно бредущими по платформе, то исчезающими во тьме, то снова попадающими под свет фонарей; прислушиваясь к обрывочным прощальным фразам, он забывал о том, что видел перед собой всего лишь собственную актерскую работу, и о том, что женщина, которая в эти последние горькие минуты неуверенно шагала по платформе, была когда-то его неверной женой.

Когда в зале стало светло, Джек не шелохнулся. Потом он тряхнул головой, пытаясь прогнать воспоминания. Он повернулся к Делани, который сидел, прижав ладони к вискам, вид у режиссера был горестный, безутешный, как у опытного кетчера, пропустившего легкий мяч. Делани не двигался, он словно не слышал Джека. Затем Морис снял свои массивные очки в металлической оправе и уставился на этот символ уязвленного самолюбия, попранного тщеславия.

Деспьер ждал их на тротуаре возле кинотеатра. Заметив Джека и Делани среди последних выходящих из зала зрителей, он поспешил к ним; лицо его светилось радостью. Он обнял Делани и расцеловал его в обе щеки. Иногда Деспьер забавлялся тем, что вел себя как типичный француз из театральной комедии. Трое мужчин привлекли внимание компании, только что покинувшей зал. Не желаю об этом говорить.

Девушки, верно, просто сходили с ума. Помимо французского Деспьер владел итальянским, английским, немецким и испанским; встречаясь с Джеком в Италии, он отдавал дань местной традиции и называл его Dottore.

Во Франции вместо Dottore он говорил Monsieur le Ministre, подсмеиваясь над дипломатическим статусом Джека. Деспьер бы подвижен и худощав; костюм с ватными плечами, сшитый в Риме, висел на его угловатой фигуре. Крупные серые глаза блестели на болезненно-желтом, но всегда оживленном лице француза. У него был узкий насмешливый рот и короткие черные волосы, зачесанные назад по моде, родившейся в ресторанчиках Сен-Жермен-де-Пре.

Определить его возраст казалось делом сложным. Джек познакомился с ним более десяти лет назад; за это время Деспьер почти не изменился.

Джек догадывался, что Деспьеру около сорока лет. Он долгое время жил в Америке, и, хотя Жан-Батист говорил с явно французским акцентом, его речь изобиловала американским сленгом, употребляемым всегда к месту. На Запад он вернулся с больным желудком; с тех пор он везде искал лекарство от язвы, не требующее отказа от алкоголя. Деспьер был преуспевающим журналистом и работал в одном из лучших французских журналов, но он не вылезал из долгов — отчасти из-за присущего ему небрежного отношения к деньгам, отчасти из-за длительных периодов, когда он ничего не писал.

Он знал, где находится сейчас тот или иной политический деятель, где расположены лучшие рестораны любого города, как зовут самых известных фотомоделей. Он везде был желанным гостем, его снабжали секретной информацией министры, высшие чиновники и кинозвезды, а он расплачивался своим остроумием и кипучей энергией.

У него было на удивление много врагов. Когда автомобиль остановился, они вышли из него. Делани не спросил их, где они хотят обедать; он лишь пробурчал название ресторана и забился в угол. Всю дорогу он молчал, не слушая Джека и Деспьера.

Где еще вы отыщете глупца, которому может прийти в голову напасть на Египет, не располагая запасом нефти? Надо ж умудриться выбрать такое безмозглое правительство! Подобного головотяпства не допустил бы и Людовик XVI, самый бездарный из французских королей. Подавленный и неразговорчивый, он потягивал вино и, рассеянно роняя на скатерть хлебные крошки, ковырял лежащие на тарелке pasta [10]. Мчусь туда, где несчастье. Вот как нынче несут народам свободу. Для раута, осады, митинга, парада, приема… Арабы промчались в открытом такси мимо входа в отель и исчезли.

Представьте, какую душу надо иметь, чтобы стрелять по восьми красивейшим девушкам. Я бы не удивился, узнав, что мне принадлежит мировой рекорд в этом виде спорта. Я также находился в Касабланке, когда толпа облила двух чем-то не угодивших ей мужчин бензином и подожгла их. Мне платят большие деньги за умение оказываться в том самом месте, где современная цивилизация выражает себя наиболее типично.

Не пытается казаться бархатным, в отличие от французского. А еще я люблю краски Италии. Когда однажды летом я впервые увидел, какого цвета римские здания, я понял, что мечтал попасть в этот город всю жизнь, хотя тогда мне было всего семнадцать лет.

Я влюбился в этот город с первого взгляда. Мы с отцом въехали в Рим через Фламиниевы ворота и оказались на Пьяцца дель Пополо. На площади находились сотни людей. Мой отец остановил машину и повел меня в кафе. За кассовым аппаратом сидела самая хорошенькая девушка в мире, она выдавала чеки. Немедленно влюбившись в эту девушку, я сказал себе: Я буду до самой смерти приходить сюда и пить тут кофе.

Есть города, которые твоя душа принимает мгновенно. Я — один из них. Мы — счастливые беглецы. Он покосился на Делани, настроение которого немного улучшилось за время монолога, произнесенного французом. Он — стопроцентный американец. Он постоянно чем-то озабочен и ощущает дискомфорт в обществе людей иного склада. Я бы мог быть счастлив в Нью-Йорке. Хотя, на мой взгляд, любой американец, живущий там, уродует свою душу.

Город — это университет для подготовленных студентов; полный цикл обучения длится четыре-пять лет. Хозяин дает вам выходной, и именно в этот день на него устраивают покушение. Вы успеваете к умирающему, и он просит вас присмотреть за его дочерью, незадачливой предпринимательницей, поскольку не без оснований считает, что те люди не ограничатся покушением лишь на него. А девушка оказывается той еще штучкой. Но все это еще цветочки. Главное таится в том, что все они - не те, кем привыкли себя воспринимать Для лучшего понимания, кто есть кто, рекомендую Глоссарий.

В главе двенадцатой "Недостающий бог" я размышляю о возникновении нового мужского архетипа, -- такую возможность предполагает теория морфогенетических полей Руперта Шелдрейка. И наконец, эта книга дает систематический последовательный путь к пониманию психологии мужчин через мужские архетипы, олицетворенные в греческих богах эти же архетипы могут присутствовать и в женщинах.

Моя предыдущая книга "Богини в каждой женщине" описывает греческих богинь и женские архетипы которые могут присутствовать также и в мужчинах как основу архетипической психологии женщин.

Взятые вместе, эти две книги представляют собой новую систематическую психологию мужчин и женщин, дающую ключ к пониманию как различий между разными людьми, так и внутренней сложности каждого из нас. Беря за основу греческий пантеон, эта психология отражает богатство человеческой природы и помогает лучше понять ощущение божественности, которое испытывает человек, когда его действия идут из самых глубин существа, где он обнаруживает священное измерение своей жизни.

На внутреннем, личностном уровне патриархат формирует взаимоотношения между отцом и сыном. На внешнем уровне обычаев патриархат определяет, какие черты и ценности должны поощряться и вознаграждаться в обществе, то есть какие архетипы имеют преимущество перед другими -- как внутри мужчин, так и во взаимоотношениях между ними. Чтобы обрести дающее силу знание о себе, мужчина должен осознать, какие факторы влияют на его мировоззрение и поведение, -- а для этого необходимо понять, что такое патриархат и как он формирует своих сыновей.

Мифы той или иной культуры могут очень многое рассказать о ее ценностях и моделях взаимоотношений. Предлагаю начать исследование наших современных мифов с персонажей фильма "Звездные войны" -- Люка Скайуокера и его отца, Дарта Вэйдера. Архетипические истории и фигуры, -- как из современных кинофильмов, так и из древнегреческих мифов, -- раскрывают перед нами многие истины об истории человеческой семьи и о ролях, которые играем в ней мы.

Дарт Вэйдер, -- могущественный отец, стремящийся уничтожить своего сына, -- представляет собой вариацию образа, знакомого нам еще со времен Древней Греции. Однако Люк Скайуокер символизирует героя в каждом мужчине на нынешнем историческом этапе. Для того чтобы быть Люком Скайуокером, современный мужчина должен открыть для себя все, что было в прошлом -- как с ним лично, так и со всем человечеством.

Он должен обнаружить свою подлинную личность и в психологическом, и в духовном смысле; воссоединиться с сестрой дать волю женственности, как на внутреннем, так и на внешнем уровне ; и объединиться с близкими по духу мужчинами и другими существами в борьбе против сил разрушения.

Только сын благодаря тому, что он не становится таким, как отец, не поддается страху и не соблазняется могуществом может освободить любящего отца, похороненного в Дарте Вэйдере, который символизирует то, что может сделать с мужчиной патриархат.

Большая грозная фигура Дарта Вэйдера с его черным металлическим лицом -- это образ мужчины, посвятившего всю свою жизнь тому, чтобы обрести и удержать власть и могущество, -- и это далось ему ценой утраты человеческих черт.

От него исходит темная сила. Он подобен эффективной беспощадной машине, которая безукоризненно исполняет приказы сверху и ожидает от своих подчиненных такой же безоговорочной покорности. Так выглядит с точки зрения Люка его враждебный отец-разрушитель. Дарт Вэйдер символизирует темную сторону патриархата. Истинное лицо Дарта Вэйдера спрятано за железной маской, которая не просто скрывает черты лица и заменяет доспехи, но жизненно необходима ему. Дарт Вэйдер не может снять маску, ибо просто умрет без нее, -- настолько он искалечен.

Это удачная метафора, описывающая мужчин, отождествляющих себя со своими ролями, или масками, предназначенными для внешнего мира. За недостатком значимой личной жизни они целиком сливаются со своей ролью и общественным положением.

Поскольку эти люди эмоционально пусты и лишены каких бы то ни было чувственных связей, они нередко просто не могут пережить потерю власти и радикальное понижение статуса. Дарт Вэйдер -- архетипический образ отца, принадлежащий к той же традиции, что Небесные Боги-Отцы из греческих мифов. Уран, Кронос и в меньшей степени Зевс столь же враждебно относились к детям -- особенно, к сыновьям, -- ибо боялись, что те могут бросить вызов их власти.

Люк Скайуокер, -- образ сына, героя на пути доблестных свершений, -- олицетворяет еще один архетип. Чтобы познакомиться с Джозефом Кэмпбеллом, известный на весь мир Джордж Лукас, как какой-нибудь студент-старшекурсник, тайком проскользнул через задний ход за кулисы Дворца изобразительных искусств в Сан-Франциско, где проходило мероприятие Юнгианского института с участием Кэмпбелла.

Связь между исследователем мифов Кэмпбеллом, мифотворцем Лукасом и психологией Юнга не удивительна. Психологическая теория Юнга дает ключ к пониманию, почему мифы обладают такой жизненной силой в нашем воображении: В западном мире наиболее известны и сильны мифы Древней Греции.

Мифы подобны археологическим памятникам, -- они раскрывают перед нами нашу культурную историю. Некоторые можно сравнить с маленькими осколками: Другие сохранились во всей своей целостности -- как фрески в Помпеях, некогда погребенные под пеплом Везувия, но теперь раскопанные.

Мне представляется, что греческие мифы возвращают нас во времена детства нашей цивилизации. Эти мифы могут многое рассказать о социальных установках и ценностях, на которых нас взрастили.

Подобно семейным преданиям, они рассказывают нынешним поколениям, кто мы такие и чего от нас следует ожидать, -- в них, так сказать, отражена наша генетическая память, -- и являются частью психологического наследия, формирующего нашу личность и незримо воздействующего на наше мировосприятие и поведение. Мифы о Зевсе и Олимпийцах представляют собой "семейные истории", проливающие свет на нашу патриархальную родословную и на то, какое огромное влияние она оказывает на нашу личную жизнь.

Эти истории рассказывают о социальных установках и ценностях, доставшихся нам от греков, поклонявшихся богам-воинам потомков индоевропейцев, которые волна за волной приходили в Европу и на греческий полуостров, чтобы завоевать более ранних обитателей этих земель, поклонявшихся женскому божеству. Греческие мифы повествуют об отцах-основателях и умалчивают или только вскользь упоминают о матриархальном порядке, предшествовавшем их воцарению.

У народов, -- как это часто бывает и у отдельных семей, -- после многих лет борьбы за самоутверждение возникает потребность записать все, что произошло за прошедшие времена, и начертать семейное дерево.

За осуществление этой задачи мы можем благодарить Гомера ок. Гомер включил многие мифологические сюжеты в свои эпические сказания "Илиада" и "Одиссея" имеющие под собой некоторую историческую основу. А Гесиод в своем произведении "Теогония", где описано происхождение и упадок богов, впервые свел воедино различные мифологические традиции. Вначале, согласно Гесиоду, была пустота. Из этой пустоты материализовалась Гея Земля. Она породила горы, море и Урана Небо , который стал ей мужем.

От этого брака родились двенадцать титанов -- древние первозданные силы природы, которым поклонялись в Греции. Согласно генеалогии богов Гесиода, титаны были первой правящей династией -- отцами и дедами Олимпийцев. Уран, первый патриарх фигура отца в греческой мифологии, был недоволен плодовитостью Геи. Умножение потомства было ему ненавистно. Когда рождались следующие после титанов дети, он прятал их в необъятном теле Геи, Земли, и не позволял увидеть свет дня. Гея очень страдала физически и испытывала огромную душевную горечь из-за такого обращения с детьми.

Она воззвала о помощи к своим взрослым детям -- титанам. Согласно Гесиоду, не в силах более сносить страдания, Гея обратилась к ним смело и прямо: Послушаетесь меня, и мы отплатим ему за зло. Он первый прибегнул к насилию" 1. Таким образом, согласно "Теогонии" Гесиода, насилие Урана по отношению к детям является исходным злом, породившим все насилие в мире. Это был первородный грех Небесного Бога-Отца, повторявшийся в следующих поколениях.

Все титаны, кроме младшего сына, Кроноса римляне называли его Сатурном , были "объяты страхом" перед отцом. Лишь Кронос откликнулся на мольбу Геи словами: У меня нет почтения к нашему недостойному отцу, ибо он первый прибегнул к насилию" 2. Мать вооружила сына серпом и предложила план действий. Кронос спрятался в засаде и стал ждать. Когда Уран пришел, чтобы возлечь с Геей, сын выхватил серп, отсек отцу гениталии и выбросил их в море.

Кастрировав отца, Кронос стал самым могущественным из богов. Он и Гея вместе с другими титанами правили вселенной и порождали других богов.

Кронос женился на своей сестре Рее, которая, как и ее мать, Гея, была богиней земли. От их союза родилось первое поколение Олимпийцев: Но опять патриарх-прародитель -- на этот раз сам Кронос -- попытался уничтожить свое потомство.

Кроносу предсказали, что его свергнет собственный сын, и он решил не допустить этого. Едва на свет рождался новый младенец, Кронос пожирал его, даже не взглянув, сын это или дочь. Всего он поглотил трех дочерей и двух сыновей. Рея очень горевала из-за потери детей. Забеременев в очередной раз, она обратилась к Гее и Урану, моля их помочь спасти хотя бы этого ребенка. Родители посоветовали ей отправиться рожать на Крит, а когда туда явится Кронос, подсунуть ему вместо младенца завернутый в пеленки камень.

План удался, и Кронос в спешке проглотил камень, думая, что это его ребенок. Этим спасенным младенцем был Зевс. В конце концов он, как и было предсказано, низверг отца и стал верховным правителем. Когда же он вырос, то, заручившись помощью Метиды или Метис -- до-олимпийской богини мудрости и его первой супруги, -- напоил Кроноса рвотным зельем, после чего тот отрыгнул всех своих детей и камень.

В союзе с освобожденными братьями и сестрами Зевс низверг Кроноса и титанов. Насилие породило насилие в третьем поколении. После победы три божественных брата -- Зевс, Посейдон и Гадес -- тянули жребий, чтобы поделить между собой вселенную.

Зевсу досталось небо, Посейдону -- море, Гадесу -- подземное царство. Хотя считалось, что земля и гора Олимп должны принадлежать всем, Зевс в конце концов распространил свое влияние и на эту территорию. Сестры, согласно нормам патриархальной греческой культуры, не могли претендовать на наследство. В результате бурных похождений Зевса родилось следующее поколение богов, а также полубогов-героев, чьи удивительные подвиги описаны в греческих мифах.

Активно зачиная детей, Зевс, как и его отец, опасался, как бы кто-нибудь из сыновей не сверг его. Однажды Зевсу напророчили, что Метида, первая из семи его законных жен, родит ему двух детей, в том числе сына, который впоследствии будет править людьми и богами. Поэтому, когда Метида забеременела, Зевс, боясь, что она вынашивает именно этого сына, хитростью убедил жену уменьшиться в размерах и проглотил ее, чтобы предотвратить рождение ребенка.

Однако Метида ждала не сына, а дочь -- Афину, -- впоследствии родившуюся из головы Зевса. Боги-отцы в греческой мифологии обладают сходными чертами с божествами всех других патриархальных культур. Боги-отцы -- это могущественные мужские божества-правители, и в этом смысле они являются символами, или абстракциями. Они являют собой как бы увеличенную версию носителей власти в нашей культуре. Таким образом, эти боги представляют собой архетипические фигуры, и посвященные им мифы, если относиться к ним как к метафорам, могут многое рассказать нам о психологии людей данного типа.

Патриархальные боги -- авторитарные представители мужского пола, живущие на небесах, на вершинах гор или за облаками. Таким образом, они правят сверху и издалека. Пока такой бог сохраняет главенство над остальными богами, он ожидает от окружающих покорности и имеет право делать все, что ему заблагорассудится.

Будучи богами-воинами, они завоевывают главенствующее положение в результате побед над противником. Эти боги обычно ревностно относятся к своим прерогативам и требуют от подчиненных полной покорности.

Несмотря на все свое могущество, такой бог боится судьбы -- которая непременно состоит в том, что его должен свергнуть сын. Нередко эти боги бывают весьма неласковыми отцами и проявляют враждебность по отношению к потомству.

Кронос, "проглатывая", или "пожирая", детей, пытался сделать их частью себя. Образно говоря, именно таким образом авторитарный отец может помешать росту своих детей, чтобы те не стали больше него и не бросили вызов его статусу или верованиям.

Он держит их в тени, стараясь оградить от влияния людей, знаний или ценностей, которые могли бы расширить их кругозор. Такой отец требует, чтобы дети не отличались от него и не отклонялись от его планов относительно их будущего.

Если ребенок не может думать или мыслить независимо, он не представляет угрозы для отца. Такое стремление некоторых отцов ограничивать независимость и рост своих детей я называю "комплексом Кроноса". Зевс же путем обмана убедил свою жену стать маленькой и проглотил ее.

Метида уменьшилась и утратила свое могущество, вследствие чего Зевсу удалось проглотить все ее атрибуты, -- как патриархат когда-то проглотил матриархат, приписав богу все атрибуты, некогда принадлежавшие богине. Подобное умаление претерпевают некоторые женщины, после того как выйдут замуж и забеременеют.

Они утрачивают былую независимость мышления и авторитет, полностью подчиняя себя мужьям, которые нередко обладают авторитарным характером Зевса.

Минуя многие поколения богов, царей и героев, обратимся к такой мифологической фигуре, как Эдип, который убил собственного отца и женился на матери -- не ведая, что творит.

Фрейд, заявивший, что такое убийство отца и женитьба на матери является подсознательным желанием каждого сына, назвал это явление эдиповым комплексом и основал на данной теории свой психоанализ. При этом Фрейд относился к своим ученикам мужского пола таким, как Юнг и Адлер, которые развили идеи, отличающиеся от идей учителя, и могли со временем бросить вызов авторитету учителя точно так же, как Лай к Эдипу, -- как к сыновьям, от которых нужно избавиться.

Когда Юнг рассказал учителю сон, по мнению самого Юнга приведший его к теории коллективного бессознательного, Фрейд был убежден, что в этом сне отражено желание смерти его, Фрейда 3. Фрейд считал, что отец Эдипа, Лай, выступает в этом мифе в роли невинной жертвы. Предательство общества по отношению к ребенку" анализирует обстоятельства, которые привели Эдипа к убийству отца.

Анализируя мифы и другие источники, Миллер обнаруживает склонность приписывать невинным детям низкие мотивы и порочную природу, которую необходимо исправлять, нередко довольно суровыми методами. Таким образом взрослые оправдывают жестокое обращение с детьми. Лай был царем Фив.

Когда он обратился к дельфийскому оракулу с вопросом, почему они с Иокастой, его женой, никак не могут зачать ребенка, тот ответил: У тебя родится сын. Но волею судьбы ты должен погибнуть от его руки Дело в том, что в молодости Лай совершил один проступок.

В силу обстоятельств ему пришлось бежать из собственной страны, и его приютил царь Пелоп. Лай отплатил царю за гостеприимство тем, что совратил его сына Хрисиппа, который из-за этого лишил себя жизни. Пытаясь избежать судьбы, предсказанной оракулом, Лай перестал делить ложе со своей женой.

Но со временем, несмотря на предупреждение оракула, он снова возлег с ней, и Иокаста родила царю сына. Боясь исполнения пророчества, Лай задумал избавиться от новорожденного. Проколов сыну лодыжки булавкой и связав их ремнем, царь велел отнести ребенка в горы и бросить там. Но пастух, которому было поручено совершить это убийство, пожалел невинного младенца.

Он отнес малыша в горы, но не бросил, а отдал его другому пастуху. Царю же солгал, будто исправно исполнил приказание.

Теперь Лай чувствовал себя в безопасности, уверенный, что младенец умер от голода и жажды или съеден дикими зверями.

Пастух, приютивший малыша, назвал его Эдипом "С Опухшими Ногами" -- из-за ран на лодыжках и передал одной супружеской паре. Приемные родители растили мальчика, не говоря ему, что он -- не их сын.

Однажды, когда Эдип был уже взрослым юношей, он отправился в Беотию, где на одном из перекрестков у него завязалась ссора с каким-то человеком, ехавшим в колеснице. Мужчина ударил Эдипа по голове скипетром, а молодой человек, возмущенный ничем не спровоцированным насилием, перевернул колесницу обидчика, а самого его ударил своим посохом, в результате чего тот скончался. Затем Эдип продолжил свое путешествие, отнюдь не считая, что поступил неправильно.

С точки зрения Эдипа, он просто защищался от какого-то незнакомца, который сам затеял ничем не спровоцированную драку. Ничто в одежде или внешнем виде убитого не говорило о его высоком происхождении, дающем право требовать особого к себе отношения. На самом же деле это был Лай, царь Фив и отец Эдипа. В трагедии Софокла Эдип в приступе покаяния лишает себя глаз. И это несмотря на то, что он никак не мог узнать в Лае своего отца; несмотря на то, что Лай сам спровоцировал гнев Эдипа во время ссоры на перекрестке; несмотря на то, что Эдип не добивался Иокасты, но стал ее мужем благодаря своей мудрости, после того, как решил загадку сфинкса и таким образом спас Фивы; несмотря на то, что сама Иокаста, мать Эдипа, могла бы узнать сына по опухшим ногам, -- несмотря на все это, до сего дня, кажется, никого не удивляет тот факт, что всю вину возлагают на Эдипа 4.

Безуспешная попытка Лая убить сына повторяет мифологические сюжеты о греческих Небесных Отцах, пытавшихся убить собственных сыновей. Во всех этих случаях, как и в психоаналитической теории об эдиповом комплексе, отец видит в зачатом или новорожденном сыне опасного соперника.

Кронос и Зевс боялись, что сыновья поступят с ними так же, как они сами поступили со своими отцами; Лай боялся, что сын станет орудием возмездия. В мифах попытки отца убить своих сыновей рационально обосновываются "пророчеством". В современной психиатрии была бы названа другая причина: Юнгианская психология сформулировала бы причину как "проекцию тени" это когда человек приписывает другим людям собственные вытесненные или подавленные эмоции, мотивы или действия.

Проекции и порожденные проекциями действия способны формировать тех, на кого они направлены. Когда ребенка считают плохим -- отвергают, бросают, обижают, -- он испытывает чувство вины. И Зевс, и такие смертные правители, как Лай, руководили определенными территориями и людьми. Они подчиняли своей власти земли и народы и правили ими как цари. Такая форма правления и соответствующие ей ценности по существу являются патриархальными.

Это иерархия мужчин, существующая в рамках строгого порядка: Зевс на самой вершине, затем следуют другие божества, затем смертные цари, ведущие родословную от богов, а затем вассалы царей и, наконец, простой люд. Современными аналогами мира, управляемого Зевсом и Олимпийцами, являются крупные корпорации, возглавляемые генеральным директором и советом директоров. Еще более четко прослеживается эта иерархия в армии, в Римско-католической церкви и в большинстве тайных обществ.

У всех олимпийских богов, включая Зевса, были бесправные матери, полностью подчиненные могущественному и нередко жестокому мужу. И у большинства из них были покорные жены. Женщинам -- как богиням, так и смертным, за очень редкими исключениями, -- в отношениях с богами приходилось весьма нелегко. А если женщины не имеют ни власти, ни силы, ни возможности защитить своих сыновей и дочерей , то сыновьям кажется, что матери их предали.

Ибо мать рождает ребенка, вскармливает его, заботится о нем, так что именно через нее к нему приходит первый опыт мира, -- и поэтому она по определению всемогущая. И если мать потом не может защитить или бросает сына или предпочитает ему кого-то другого, он воспринимает это как предательство и может затаить на нее обиду, которая затем перейдт на всех женщин, от кого он когда-либо будет зависеть.

Став взрослым, он будет выплескивать на других женщин тот беспомощный гнев, который в детстве испытывал по отношению к матери. Такая цепь событий помогает объяснить происхождение враждебности к женщинам в патриархальных культурах, где они сравнительно бесправны. Есть еще одно обстоятельство, отягощающее ситуацию. Когда женщины находятся под гнетом властных мужчин -- отцов, мужей, братьев или культуры в целом, которая ограничивает их только потому, что они являются женщинами, -- они склонны выплескивать накопившуюся обиду нередко бессознательно на самых бесправных мужчин своих малолетних сыновей , особенно если мальчик подражает отцу или проявляет врожденный норов.

Это может принимать форму откровенных издевательств, или холодности, или же саркастических и унизительных замечаний. Сестры, несущие самое тяжелое бремя несправедливости, тоже могут подобным образом отыгрываться на своих братьях, пока те еще достаточно малы. Это обстоятельство служит еще одним источником возникающей в детстве враждебноти по отношению к женщинам, которая таится в душе многих мужчин, а затем, когда они становятся взрослыми и сильными, выплескивается.

В патриархальной культуре каждый мужчина обладает в своей семье авторитетом и властью царя. Консервативные правые политики и христианские фундаменталисты проявляют открытую враждебность по отношению к законодательным инициативам и социальным структурам, которые, на их взгляд, "расшатывают традиционные семейные ценности" -- то есть ставят под сомнение царственное положение мужчины в его собственном доме, свойственное патриархальной модели семьи.

Патриархат "традиционно" противостоит праву женщины распоряжаться собственным телом, имуществом и способностью к деторождению. Тот же патриархат выступает против убежищ для избиваемых женщин, где они могут получить кров и защиту от жестоких мужей.

Небесный Отец, стремящийся к построению династии, очень заботится о карьере сыновей и готовит их к тому, чтобы они могли занимать предназначенное для них место в мире.

Тем самым такой отец может "поглотить" жизнь своего сына, вынуждая его осуществлять отцовские амбиции, вместо того чтобы искать то, чего хочет он сам. Это выражается особенно ярко, когда склонности сына отличаются от роли, уготованной ему отцом. Среди американских политических деятелей одним из ярчайших примеров Небесного Отца, чьи личные амбиции привели к поглощению собственных сыновей, может служить Джозеф П.

Кеннеди очень страдал от социального снобизма в обществе. У него появилась амбициозная цель подняться на самую вершину власти -- если не самому, то через сыновей. Богатство, политическое могущество, жажда признания и распутство Кеннеди дают нам основание называть его современным Зевсом.

Вначале в борьбу за президентское кресло включился Джо Кеннеди-младший, для кого роль экстравертного политика, возможно, была естественной. Этот план провалился, поскольку Джо был убит на войне.

Тогда на ту же роль выдвинули следующего сына -- Джона Ф. При этом его личные склонности и физические проблемы никто в расчет не принимал.

После убийства Джона Кеннеди заплатил своей жизнью за отцовские амбиции и третий брат -- Роберт Ф. То, что отцы относятся к своим детям не по-отцовски и видят в сыновьях соперников, верно не только в отношении персонажей греческой мифологии.

За годы психиатрической практики мне пришлось выслушать многих мужчин, и нередко они рассказывали мне, что не знали отеческой заботы в детстве, ибо их отцы были эмоционально недоступны, закрыты, отчуждены, придирчивы, враждебны и даже жестоки. Сколько печали, боли и гнева это пробуждает в сыновьях и в семьях в целом И еще нередко бывает, что отец искренне стремится эмоционально сблизиться с сыном и оказывать ему поддержку во всем, но все же случаются моменты, когда он вдруг выплескивает на ребенка заряд враждебности, а затем чувствует себя виноватым и удивляется тому, сколько гнева пробудил в нем сын.

Отчужденность между отцом и сыном начинается с того, что отец испытывает обиду или чувство соперничества еще до рождения ребенка. Беременность жены может возродить негативные чувства, испытанные им в детстве. Возможно, мужчина даже заведет непродолжительный роман на стороне, чтобы подавить депрессию или ощущение бессилия.

Образ беременной жены может пробудить воспоминания из детства о беременности матери и об огорчениях, которые принесла ему та беременность и новорожденный младенец. Теперь в качестве мужа ему пришлось вновь пережить то же самое, что прежде пережил в качестве сына: Симферополь - маленький город, и, естественно, что там можно встретить знакомого на каждом углу. Не знаю, как ему это удавалось, но самых опасных своих любовниц Саша ухитрялся чувствовать на расстоянии.

Однажды мы ехали в машине одного из наших друзей. Вдруг Саша резким движением лег на сиденье, вжимаясь в него изо всей силы. К моему удивлению, она действительно оказалась там. Много раз, когда мы гуляли по городу, он вдруг неожиданно хватал меня и затаскивал за угол, в подъезд или в подворотню. И действительно, вскоре на улице появлялась именно та женщина, имя которой он называл. Помимо, так сказать, действующих вулканов, Симферополь был наполнен вулканами потухшими.

Во время прогулок по городу мы иногда по нескольку раз в день встречались с былыми возлюбленными Саши. Поскольку о нашей женитьбе им не было известно, я скромно держалась в стороне, пока они беседовали, и меня восхищал как отличный сашин вкус, поскольку дамы его сердца обычно были красивыми, ухоженными и со вкусом одетыми, так и прекрасные отношения, которые он ухитрился с ними сохранить.

Действующие вулканы продолжали извергать облака пепла и потоки огненной лавы. Поскольку в провинциальном городке новости разносятся молниеносно, друзья нам приносили все новые и новые подробности о действиях противника. Тут были и идеи уничтожения соперницы, и долгие часы дневных и ночных бдений у дома сашиной матери в надежде его отыскать, и безуспешные попытки получения информации у общих знакомых.

Одна очень красивая и темпераментная дама даже сделала попытку соблазнить морально неустойчивого сашиного друга и, судя по его уклончивым комментариям, ей-таки это удалось.

Друг держался до последнего, как зеленый берет на допросе у вьетконговских партизан, и, сообщив лишь информацию о том, что Саша теперь женат и женат на мне, он выстоял. Все происходящее доставляло нам и нашим друзьям немало восхитительных и радостных минут. В нашей комнате не было мебели. Пол был застелен ковром, а спали мы на матрасе, также лежащем прямо на полу.

Наше уютное существование мы называли "половой жизнью", и оно оказалось необычайно удобным, потому что можно было перемещаться по жилищу ползком, даже не тратя силы на то, чтобы встать. Чтобы выпить чаю, достаточно было переползти с кровати на ковер, а, утомившись от чаепития, можно было снова отползти на кровать.

Распивая на узорчатом ковре чай с булочками , печеньем и пирожными, мы обсуждали с друзьями новые повороты любовных сюжетов бурной сашиной жизни. Когда с течением времени основные страсти улеглись, вновь задымились, правда не совсем одновременно, три дремавших вулкана, и дамы, скрежеща зубами, поведали Саше, что они сделают с его женой, если узнают, кто она и когда-нибудь ее встретят.

Самым мягким вариантом было облить меня с ног до головы серной кислотой. К счастью, встретиться нам так и не довелось. Все эти любовные страсти вызывали у меня одновременно восхищение и недоумение. Восхищение от того, что, оказывается, есть на Руси настоящие женщины, способные запросто заткнуть за пояс диких и страстных цыганок, темпераментных аргентинок и необузданных мулаток, а недоумение объяснялось тем, что подобные стереотипы поведения совершенно отсутствовали в моей модели мира.

Я, например, никогда бы не смогла облить незнакомого человека кислотой от чрезмерной любви, мне было бы лень часами выслеживать неверного друга у дома его матери и преследовать человека, который явно меня избегает, просто потому, что для меня это выглядело бы бессмысленно. Но жизнь тем и прекрасна, что, сталкиваясь с чуждыми моделями мира и стараясь понимать логику и действия их носителей, ты становишься опытнее и мудрее.

Честно говоря, я гордилась тем, что вышла замуж за человека, разжигавшего пламя страсти в стольких женских сердцах. Как раз, когда я писала это введение, произошло событие, которое заставило меня добавить к нему строки, изложенные ниже. Как то я обсуждала с иллюстрирующим мои детские книги художником, нашим близким другом, какого типа литература может быть интересна нынешнему поколению школьников. Андрей пессимистично заметил, ссылаясь на своего собственного сына и его приятелей, что нынешние дети, достигнув десятилетнего возраста, вообще почти прекращают читать детские книги, полностью переключившись на журнал "Кул".

Поскольку я, в своем невежестве, не имела ни малейшего представления об этом журнале, я спросила, о чем там пишут, и Андрей пояснил, что к основном о сексе, отвечая на вопросы детишек типа: Пожалуйста, посоветуйте, что мне делать". Журнал, столь удачно приобщающий будущие поколения к преимуществам сексуальной революции, меня заинтересовал, и я стала опрашивать своих знакомых, имеющих детей среднего и старшего школьного возраста, что же читают их отпрыски.

Ответ был стандартным - журнал "Кул". Дополнительной информацией оказалось, что этот журнал с успехом заменил молодежи давно устаревшую Библию, и причиной невыразимых душевных терзаний дочери моей знакомой было то, что в ее подборке номеров журнала некоторые отсутствовали, в то время, как более удачливые подруги оказались счастливыми обладательницами полного комплекта этого уважаемого издания.

Мать страдалицы одолжила мне на несколько дней два номера журнала, и, надо сказать, с ее стороны это было героическим поступком, поскольку, представляя, какой будет реакция ее дочери на пропажу "священного писания", она бледнела и заклинала меня обязательно вернуть журналы в срок, ибо в противном случае последствия могут быть непредсказуемыми.

Журналы произвели на меня глубокое впечатление, и, даже, в некотором смысле успокоили меня. Если раньше у меня были опасения, что кто-то может неверно понять "Обучение женщиной", сделав ошибочный вывод, что даосы возводят в добродетель большое количество сексуальных партнеров и чрезмерное развитие чувственности в ущерб эмоциональному контакту с партнером и элементарной человечности, то теперь я поняла, что мне уже нечего бояться. После журнала "Кул" даже самые нелепые трактовки даосизма уже ничего не смогли бы испортить.

Чтобы объяснить, что я имею в виду, достаточно процитировать несколько детских писем в редакцию, набранных под броскими заголовками: Пишут тебе три подруги. Нас очень волнует один вопрос: Он подает знаки внимания нам троим, все мы с ним целовались, по ночам нас преследуют эротические сны. Как ему это предложить? Меня очень смущает размер моего клитора! Он сильно торчит наружу. Может, это как-то связано с тем, что я много мастурбирую?

Моя подруга, говорит, что это может быть какое-то заболевание. Больше всего мне не хочется, чтобы клитор увидел мой друг. Сейчас я больше не занимаюсь мастурбацией. Может, так мой клитор уменьшится? Когда мои родители на работе, мой друг часто после школы бывает у меня. Он учится со мной в одном классе - мы.

А после петтинга у него еще полчаса не проходит эрекция. Может это потому, что у него слишком большой член? Этой зимой я проколола себе грудь. Первые несколько дней было немного больно, но теперь я ношу колечки на сосках каждый день. Моему парню очень нравится, а когда он с ними играет, это доставляет мне огромное удовольствие. Недавно же я услышала, что с проколотыми сосками я не смогу грудью кормить своего ребенка.

Ведь я обязательно хочу в будущем иметь детей! У меня есть любимый парень. Мы уже несколько раз занимались с ним любовью, но здесь есть одна проблема. Каждый раз перед наступлением оргазма он вдруг бежит в туалет мочиться. И говорит, что ничего не может с собой поделать.

Скажите, а что же будет, если он однажды дойдет до оргазма, не сходив в туалет? И можно ли здесь что-нибудь исправить? На красочных цветных иллюстрациях восьми-десятилетние мальчики демонстрируют радости секса с превышающими их в два раза по размеру уже вполне сформировавшимися более старшими подружками.

Справедливости ради надо отметить, что секс-партнеры старшего школьного возраста тоже встречаются, и, чтобы не вызывать слишком явных ассоциаций с детской порнографией, мальчики и девочки всегда одеты в узенькие плавки. Не забывая, что трудная жизнь подростков состоит не только из проблем плоти, и в ней иногда встречается такая нелепая и отвратительная вещь, как, например, школьные экзамены, журнал помогает с легкостью разрешить и эту проблему.

Что же нужно сделать, чтобы успешно сдать экзамены? Для этого вы всего лишь должны подобрать к черной мини-юбке строгий серый укороченный пиджак за долларов , бархатную кофту с коротким рукавом - и считай, что "пятерка" у тебя в кармане. Времена меняются, а вместе с ними меняются и модели мира новых поколений. Это не хорошо и не плохо - это естественно. Тем большую радость вызывает у меня тот факт, что знания Спокойных прошли сквозь тысячелетия, испытали себя на прочность среди чуждых им народов и цивилизаций, и, несмотря ни на что, сохранились до наших дней и продолжают вызывать устойчивый интерес и приносить пользу многим людям.

Надеюсь, что так будет продолжаться и впредь! На этом введение, и без того слишком затянутое, пожалуй пора закончить. Вас ждет "Обучение женщиной". Глава 1 В ноябре года я отправился в служебную командировку в Таиланд, и это путешествие послужило толчком к тому, чтобы раскрыть некоторые техники "спящей собаки" - управления сексуальной энергией группе моих учеников. До этого в течении нескольких лет я давал им многие подготовительные медитативные, дыхательные и психофизические упражнения, однако продемонстрировать им настоящий ци-гун с глубокими измененными состояниями сознания, с бурными и неконтролируемыми проявлениями энергетики организма я до поры до времени не решался.

В первую очередь причиной этого были с воспоминания о достаточно неприятных моментах, связанных с некоторыми не в меру добросовестными сотрудниками Комитета Государственной Безопасности Крымской Области, в ту славную пору, когда даосизм считался чуждой идеологией, а разговоры о сексе - признаком буржуазного разложения. Второй причиной было то, что я сам уже давно не практиковал техники "спящей собаки".

К сожалению, бытовые проблемы, связанные с переездом из Симферополя в Москву, покупкой дома и необходимостью зарабатывать деньги, начиная все с нуля на новом месте, почти не оставляли времени для серьезных занятий. Третьим препятствием стало отсутствие подготовленных учениц.

Упражнения "спящей собаки" обычно требуют одновременного или разновременного контакта с несколькими женщинами, достаточно подготовленными, чтобы входить в измененные состояния сознания и уметь активизировать свою сексуальную энергию и управлять ею. Даже нахождение с такой ученицей в одной комнате без непосредственного контакта тел настраивает, выравнивает и поднимает энергетику обоих, хотя у мужчины в большей степени.

Моей задачей в Таиланде, как, впрочем и в других странах, которые я посещал по приглашению зарубежной фирмы, было изучение опасностей пребывания туриста за рубежом в каждой конкретной стране и разработка рекомендаций по сведению к минимуму возможного риска и обеспечению максимальной безопасности клиентов этой фирмы.

Поскольку изучать сложности бурной туристической жизни проще всего на собственном опыте, я, так сказать, пожертвовал собой ради дела и окунулся в наполненную событиями жизнь. Я катался на полудиком слоне, погонщик которого прекрасно изучил искусство компромисса - примерно в половине случаев слон делал то, что хотелось ему самому, время от времени снисходя-таки к выполнению пожеланий восседающего у него на шее небольшого смуглого тайца.

Слон подходил к деревьям, чтобы почесаться о них или закусить облюбованной веточкой, с резвостью и изяществом балерины прыгал в овражки двухметровой глубины и так же непринужденно выскакивал наружу.

Мне в такие моменты оставалось только отчаянно цепляться за борта хлипкой прямоугольной корзины, в которой мы сидели, и я впервые оценил, что чувствует моряк, попав на утлом суденышке в десятибальный шторм.

Иногда, решив освежиться, слон обламывал с деревьев огромные ветки толщиной с молодую березку и принимался обмахиваться ими, болтая хоботом во все стороны. Нам приходилось буквально вжиматься в корзину, чтобы не оказаться сметенными с его спины. По-видимому, европейцы вызывали у так до конца и не покоренного исполина джунглей устойчивое отвращение, поскольку время от времени слон производил громкий хлюпающий звук, как гайморитник со стажем, втягивающий сопли, а затем поднимал хобот вверх и, изогнув его изящной дугой, совершал обратное действие, прицельно плюясь нам в лица липким желтоватым содержимым своего не в меру подвижного носа.

В корзине мы были вдвоем - я и Юрий, мой коллега по командировке. Я в меру своих сил старался уклоняться, хотя и не всегда успешно, Юрий же, не имевший практических навыков в боевых искусствах и уделявший все свое внимание тому, чтобы не вывалиться из корзины, оказывался менее удачливым, и жидкость каждый раз залепляла его очки, полностью лишая способности видеть.

Вполголоса комментируя свое отношение к местной фауне, Юрий одной рукой продолжал цепляться за бортик, а другой снимал и протирал очки. Слон же в это время отыскивал новую двухметровую ямку, чтобы порадовать нас очередным прыжком. Убедившись, что очки вновь находятся на своем месте, мерзкое животное в очередной раз изгибало хобот и издавало хлюпающий звук Наконец; прыжки, плевки и немые по крайней мере со стороны слона , но бурные разборки с погонщиком изрядно надоели нашему четвероногому транспортному средству, и слон решил освежиться, разумно выбрав для этого грязный взбаламученный водоем, кишащий крокодилами.

Когда он, войдя в воду по грудь, задумался, стоит ли ему прилечь или даже поваляться на спине, я, несмотря на многолетнюю тренировку контроля над эмоциями, почувствовал состояние, близкое к панике. Чего-чего, а плыть к берегу, локтями и коленями расталкивая пусть небольших, но назойливых крокодилов мне хотелось меньше всего на свете. Погонщик что-то громко заверещал, отчаянно нахаживая слона палкой между глаз.

Раньше он подавал команды, засовывая палку с крюком на конце в лопухообразные слоновьи уши, но тут надо было спасать положение. Опустившись на колени, вредное животное задумалось, потом возвело к небу маленькие свирепые глазки, и наконец медленно, с явной неохотой поднялось на ноги, бросив на разевающих пасти рептилий полный сожаления прощальный взгляд.

Неторопливо переставляя ноги с налипшим на них илом, слон выбрался на берег, и мы все вздохнули с облегчением. На всякий случай хочу оговориться, что катание на нормальных парковых слонах отличается от моего волнующего опыта, как поездка на лимузине от Лос-Анджелеса до Сан-Франциско от скачке на "газике" на перегоне Ханты-Мансийск-Магадан.

Парковые слоны двигаются исключительно по ровным дорожкам, не вступают в конфликты с погонщиками и не имеют дурной привычки оплевывать пассажиров. При виде нацеленного на себя фотоаппарата они даже по собственной инициативе позируют, изящно изгибая хобот "чайником". Другим захватывающим приключением был двухдневный пеший переход через джунгли, правда при участии проводников и слонов, на сей раз вместо пассажиров перевозивших наши вещи и палатки для ночлега.

Джунгли действительно оказались совершенно дикими, со всем буйным многоцветьем тропической природы, бабочками, змеями, диковинными ящерицами и насекомыми. Нам посчастливилось даже увидеть двух тигров совсем недалеко от нашей группы, но звери были или слишком сытыми, или не имели ни малейшего желания связываться со слонами и сопровождающей их компанией. Должен признать, что смотреть на вольного и дикого тигра в джунглях и в зоопарке за широким рвом, заполненным водой, это, как говорят одесситы, две большие разницы.

Немного позже, когда испуг прошел, у меня появилось сильное подозрение, что в кустах рядом с тиграми скрывалась пара тайцев, погоняющих их хворостиной, потому что точь в точь такая же полосатая и когтистая парочка была изображена на рекламном плакате "Слоновой деревни" - фирмы, организовавшей эту экскурсию.

До поездки в Таиланд мне в основном доводилось путешествовать только по Европе, с небольшим кратковременным заездом в Африку, и, возможно поэтому, с того самого момента, как я ступил на трап самолета, и меня окутали волны горячего и влажного воздуха, пропитанного совершенно новыми, непривычными запахами, я почувствовал, что влюбляюсь в эту страну.

Был конец ноября, в Москве уже давно лежал снег, а здесь царствовала жара, причем жара не такая, как бывает в России даже в очень жаркие летние дни. В ней не чувствовалось какого-то холодного стержня, свойственного средней полосе, когда, даже наслаждаясь теплом, ты не можешь отделаться от чувства, что это ненадолго, что скоро снова придется кутаться в теплые куртки и шарфы.

Когда первые восторги улеглись, и я адаптировался к жаре, у меня возникло смутное навязчивое чувство, что это и есть мой мир, что я был рожден для того, чтобы жить в этом влажном и теплом климате. Возможно, во мне взыграли атавистические воспоминания о беззаботной пасторальной жизни наших предков-обезьян увы, я не придерживаюсь версии инопланетного происхождения человека в жарких тропических джунглях.

Таиландская жара сочеталась с дыханием океана, с дыханием джунглей, с взметнувшими ввысь снопы сочной зелени кронами пальм, с гармоничной и естественной красотой местных жителей, с яркими, как крылья бабочки, нарядами стройных бронзовокожих красавиц. Из Бангкока мы отправились в Потайю и поселились в небольшом уютном бунгало, где кроватью служило небольшое возвышение самого пола, застеленное удобным упругим матрасом.

На Потайю опустилась бархатная южная ночь, рассыпав ворохи огромных сияющих звезд. В этой ночи царила ленивая тропическая нега, ее наполняли запахи цветов, резкие вскрики птиц и пение цикад.

Тайская ночь - время прогулок, развлечений и приключений. Завтракали мыв небольшом ресторанчике, принадлежащем отелю и расположенном прямо на берегу океана. Рядом со столиками стоял огромный прямоугольный аквариум. Я называл его "Дружба народов", ибо его обитатели были подобраны мудрыми тайцами с таким расчетом, чтобы ни один из них при всем желании не мог съесть соседа. Там были и небольшие акулы, и причудливые неизвестные мне рыбы, и крупные странные членистоногие, напоминавшие мне трилобитов.

Несколько раз в день у аквариума появлялся служащий ресторана, чтобы пополнить его изголодавшееся население сверкающим серебристым водопадом живой рыбы, предназначенной на съедение. Доселе лениво шевелившие плавниками представители содружества с восторженной радостью набрасывались на братьев своих меньших, изо всех сил стараясь заглотить больше соседа. В этот моменту миниатюрного поля боя собирались туристы самых разных национальностей и цветов кожи, с интересом наблюдая и комментируя буйное канибальское пиршество.

Больше всего в Таиланде было немцев. Немцев в Таиланде не любили. Они были жадными, торгуясь до последнего бата, они откровенно презирали тайцев и раздражали официантов, придираясь к качеству пищи и заставляя, по большей части из прихоти, менять не понравившиеся им блюда. Всем известно, что правила не бывают без исключений, и вскоре я познакомился с очаровательным немцем, живущим в соседнем бунгало. Бывший сотрудник дорожной полиции, ныне пенсионер, неизлечимо больной раком, он перебрался из Германии в Таиланд, чтобы встретить свою смерть в восхитительном тропическом раю счастья и наслаждений.

Хотя Курту оставалось жить не так уж много, я редко встречал более веселого и оптимистичного человека. Каждую ночь он приводил в свое бунгало новых девочек, проживая эту ночь так, словно она была для него последней.

Я, доброжелательный по своей природе, сразу же находил с тайцами общий язык. На обращенную к ним улыбку они реагировали, как веселые, открытые к общению дети, и наших познаний в английском языке в сочетании с интернациональным языком жестов вполне хватало для полного взаимопонимания.

Один забавный случай произошел на охраняемой стоянке в центре Потайи, где мы оставляли свой арендованный джип. Длительное бездействие, видимо, утомило охранников, и они решили слегка разнообразить свое унылое существование. Когда наш джип в очередной раз въехал в гараж, один из них вытащил пистолет из кобуры, и, сделав грозное лицо, постучал в лобовое стекло и жестами велел мне выйти из машины.

Продолжая пребывать в образе крутого полицейского, таец заставил меня, повернувшись лицом к джипу, положить руки на капот, раздвинуть ноги, и, обыскав меня на предмет наличия оружия, он приставил пистолет к моему затылку. Он так и не понял, что произошло, в мгновение ока оказавшись лицом на капоте машины с рукой, завернутой за спину. Пистолет был уже у меня, и на этот раз я приставил его к затылку охранника.

Его товарищ просто взвыл от восторга. Забыв о связывающих их узах дружбы, он начал энергично наносить в воздух удары кулаками, локтями и ногами, попутно объясняя мне, что именно таким образом я должен окончательно добить его неудачливого приятеля. Я не был столь кровожадным, поэтому, отпустив незадачливого полицейского, я с улыбкой вернул ему пистолет, и мы расстались очень довольные друг другом.

Другой забавный случай произошел на коралловом острове. Я присоединился к экскурсии, как обычно, по большей части состоящей из немцев, итальянцев и французов. Катер доставил нас на плоский неприглядный берег, заросший чахлыми кустиками. Уродливый деревянный навес на столбах под палящим полуденным солнцем оказался единственной оживляющей пейзаж достопримечательностью. Под навесом расположилась крикливая толпа торговцев местными сувенирами, начиная от ракушек и кончая предметами мебели.

Разморенные жарой туристы разместились в шезлонгах, где их ни на минуту не оставляли в покое продавцы драгоценных камней. Чтобы доказать подлинность и качество своего товара, они клали на землю маленькую металлическую наковальню, в центре ее устанавливали драгоценный камень, а затем со всей дури лупили по нему тяжелым молотом или булыжником.

Туристам было лень связываться с контрабандой. Я покатался на скутере. Когда я как следует набрал скорость, из воды, к моему изумлению и восхищению, взметнулась стая летучих рыб, и они, словно соревнуясь, помчались со мной наперегонки. В этот момент время как будто остановилось. Меня захлестнуло близкое к оргазмическому чувство восторга, которое Ли называл "Взрывом божественного ветра". Учитель говорил, что мощному оргазмическому переживанию обычно предшествует специфическое экстатическое состояние, сравнимое с сатори, но воспринимаемое совершенно по-другому.

При этом не только волны энергии поднимаются снизу вверх, но и кажется, что на тебя проливается божественный душ ощущений счастья, чувственности, радости, и весь этот коктейль связан с уникальным переживанием "внутреннего облака", которое в разной степени интенсивности сопутствует даосу всю его жизнь. Но высшая точка экстаза достигается лишь в редкие мгновения, остающиеся в памяти на всю жизнь и связанные с переживаниями максимальной силы. В данном случае сама атмосфера причудливой смеси средневековья и современности, девственный океан, вид острова и сказочных парусных судов и абсолютная ирреальность происходящего послужили толчком к "Взрыву божественного ветра".

Меня не смущало то, что я ехал на современном скутере, и даже оглушительный рев его моторов не нарушал этой гармоничной идиллии.

Гонка с летучими рыбами так захватила меня, что я засмеялся во весь голос, и слезы радости и восторга увлажнили мое лицо. Затем я решил полетать на параплане. Это оказалось совсем не легкой задачей. Сбруя от парашюта была слишком маленькой и не застегивалась на мне. Озадаченному тайцу пришлось потратить некоторое время, отыскивая ремни побольше. Наконец меня прицепили к катеру, и тут снова случилось неувязка.

Мой вес был слишком велик для скорости разбега, и прежде, чем взмыть в воздух, я погрузился глубоко под воду. Однако ветер наполнил купол параплана, и я, чихая и отплевываясь, вынырнул из воды и взмыл ввысь, на сей раз сверху любуясь извилистыми очертаниями острова и россыпью яхт и катеров, казавшихся клецками на поверхности сверкающего голубого супа.

Самым веселым оказалось приземление. Обычно несколько тайцев, завидев очередного опускающегося воздухоплавателя, наперегонки бросались к нему, подхватывая на руки и не давая ему грохнуться на землю. Для приземления нужно было потянуть на себя стропу с завязанной на ней красной лентой, затем отпустить ее, и парашют начинал снижаться.

Условный рефлекс заставил пять или шесть тайцев ринуться мне наперехват, протягивая вперед руки, но внимательно разглядев стремительно приближающуюся к ним тушу, по весу превышающую каждого из них минимум в два раза, они с пронзительными криками бросились врассыпную. К счастью, у меня был достаточный опыт прыжков, и я эффектно приземлился на обе ноги, застыв, как вкопанный.

Тайцы, очевидно ожидавшие, что этот грузный европеец сейчас как следует покувыркается по песку, разразились восхищенными возгласами и громкими аплодисментами.

Я принял их восхищение, как должное, и, как всегда, принялся оживленно болтать и обмениваться улыбками с сидящим на берегу местным населением. Несколько минут спустя один из тайцев возмущенно воскликнул: Меня пригласили на мото-баркас, мотор взревел, и вскоре передо мной открылась ожившая реклама Баунти - райское наслаждение.

Я, как завороженный, любовался величественными силуэтами пальм на чистом белоснежном песке, яркими цветами и буйством джунглей, гармонично вписывающимися в пейзаж прелестными небольшими хижинами. Как не походило все это на унылую пустыню, выделенную для обычных европейских туристов! Когда меня привезли обратно, на берегу появилась новая группа торговцев драгоценностями.

Приобретя неоценимый опыт мужского секса, парень с горечью возвращался из служебной. Секс – почти У вас мужское или женское мышление? увязывая с ним весь свой опыт.

Милашка Исполнила Жаркий Отсос И Охотно Попрыгала На Члене

Очень по теме, я взрослый сын, пару лет не живем с женой, есть любовница, часто езжу к маме в. На дискотеке, парень девушке: танцуешь? — танцую, пою, стихи читаю, кошек люблю.

Порно Большие Сиськи 6 Размера

Вот красивая брюнетка из чтобы увидеть сексуальный опыт этого парня, Звериный секс с. Девиз: «In God We Trust» (с ) «На Бога уповаем» «E Pluribus Unum» (традиционный) «Из многих — единое».

Молоденькой Служанке Устроили Анальный Экзамен / Alicia Rhodes (2019) Camrip

«Вы все меня́ бе́сите» — российский телесериал. Слоган сериала: «Комедийный сериал с. После проведения приворота вещь возвращается либо у вас мало опыта Утром с парнем.

Зрелая Русская Секретарша Сильно Хочет Секса

Вы все меня бесите

Дрочка Члена От Женских Рук

Вы потеряете уверенность в себе

Порно Видео Молодые Большие Упругие Сиськи

Новинки Порно Видео Анал

Голая Джина Лин удивляет знаменитыми сиськами и молоденьким влагалищем голая знаменитость

Голые Женщины В Зрелом Возрасте

Толстенным членом потыкал в худенькую одноклассницу / Ann Harlow (2002) DVDRip

Красотка и два члена

Кроме Анального Секса Секса Жена Ольга Отлично Брала Мужской Пенис В Рот И Исполняла Глубокий Постел

Огромные Черные Сиськи Фото

Зрелые Трахаются Видео

Порно Анальный Садизм

Милашка С  Татуировками Dana Dearmond  Насаживается На Член Своей Бритой Киской Перед Фото Камерами

Блондинка С Членом И Парень

Мама Учит Дочь Сосать Член

Страстные ласки лесбиянок с большими красивыми сиськами

Знаменитые девушки и их сиськи в логической порно игре Восхищение сиськами

Онлайн Порно Мамочки С Большими Сиськами

Секс Со Зрелой В Чулках Порно

Прожорливый анал у русской девчушки

Сексуальная азиатка раздвигает ноги и получает трах двумя членами

Порно рассказы Инцест

Голая Бар Рафаэли Светит Знаменитыми Сиськами Крупным Планом, Стоя Возле Моря Голая Знаменитость

Голые Зрелые Кинозвезды Америки Порно Фото

Порно С Сюжетом Секс Зрелых

Подружки почти оббосрались во время анала

Горячее порно:

Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

Напишите комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Grora 06.04.2019
Порно Аниме Много Кончи
Duramar 22.06.2019
Французские Транссексуалы Порно Смотреть Онлайн
Dogore 27.11.2019
Порно Булки
Kazinos 10.09.2019
Порно Онлайн Ебут Армянку
Gardaramar 12.02.2019
Лесби Популярные
Faumi 27.01.2019
Голые Телки Соло
Daira 05.01.2019
Порно Картинки Майнкрафт
Kijar 21.07.2019
Секс Карликами Скачать Онлайн
Akinoran 17.01.2019
Порно Видео Волосатые Жопы
Shakall 04.04.2019
Эротичиское Видео
Приобретя Неоценимый Опыт Мужского Секса, Парень С Горечью Возвращался Из Служебной Командировки С Д

1001011.ru